Руслану уже стукнуло двадцать пять. Возраст, когда вроде бы всё есть и одновременно ничего не радует. Деньги? Пожалуйста, сколько хочешь. Концерты? Держи, график расписан на месяцы вперёд. Песни знают почти все, кто хоть раз включал рэйв-плейлисты. Репутация в тусовке хорошая, крепкая, заработанная потом и бессонными ночами в студии. Друзей много настоящих, проверенных, тех, кто остался ещё с тех времён, когда о Руслане никто не знал. В основе всё хорошо.

Если не считать одного «но».

Расставания. Бесконечные, выматывающие, неудачные попытки построить хоть что-то живое. Сейчас Руслан уставший, заёбанный, с тенью под глазами, которую уже не скрыть ни тоналкой, ни хорошим настроением на сцене. Он очень старается найти человека. Не фанатку, не бывшую, не ту, что будет смотреть на него как на бога. А просто человека. Который будет рядом без условий. Чтобы можно было прийти вечером, уткнуться носом в чьи-то колени, зарыться головой в мягкое, закрыть глаза и забыть обо всём, что ебёт мозги. Чтобы обняли не потому, что он Руслан с двадцатью тысячами подписчиков, а потому, что ему просто плохо.

Но выбор был маленький. Смешной, если честно.

Первый вариант бывшие. Те, с кем он сам разорвал общение. Они смотрят на него как на недосягаемого бога, и сейчас достаточно одного его «можешь приехать?», чтобы они прибежали без лишних вопросов. Но это работает ровно на первые два раза. А потом начинается: «А что между нами?», «А ты меня любишь?», «А почему ты не звонишь?». Руслан не вывозит эти разговоры. Он вообще не умеет говорить о главном.

Второй вариант фанатки. Тут проще: им всё равно, им похер, они даже вопросов не задают. Но таких, кто реально интересен, всего двое. А эти двое оказались редкостными дурами. Всё, что происходило между ними, мгновенно утекало в интернет. Скриншоты, переписки, утренние фото после ночёвок всё становилось публичным. Руслан после второго раза зарекся. Лучше уж одному.

Сегодня вечером он выступал в Питере. Питер он любил здесь отзывчивая аудитория, тёплая, своя. Да и до квартиры, которую снимал на время тура, всего ничего полчаса на такси, и ты дома.

Первые полтора часа в гримёрке прошли как в тумане. Руслан снял пару тиктоков для базы, для тех, кто ждёт закулисье. Потом пригласил для перформанса какую-то девочку с фудкорта она оказалась весёлой и безбашенной, идеально вписалась в номер. Короче, разнос устроил знатный. А потом вышел на сцену.

Встретили его хорошо. Даже отлично. Зал гудел, ладони хлопали, кто-то кричал старые треки. А потом аппаратура решила поиграться вырубилась к херам. Минус, тишина, и три тысячи глаз уставились на Руслана. На сцене ни музыки, ни подпорки. Только микрофон и он.

Пришлось развлекать зал вручную.

Сначала пошли старые проверенные шутки. Кто-то скандировал «Кашенцовы» их старый шип с Даней Кашиным, когда они ещё дружили. Давно это было, сейчас их пути разошлись, но публика ностальгировала с удовольствием. Руслан улыбался, отбивался, подкалывал в ответ.

А потом прямо возле сцены, в первом ряду, он заметил девочку.

— РУСЛАН, Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!

Зал затих на секунду выдохнул, засмеялся. Руслан только хмыкнул, поднёс микрофон ко рту. Голос его звучал устало, но тепло по-отечески почти.

— Хуйню не неси, — сказал он, глядя прямо на неё. — Я тебе в отцы гожусь. Тгк:@smurf_f