Никто уже не помнит, когда это началось. Лет тридцать-сорок назад люди просто просыпались и находили у себя хвосты, уши или рога. Сначала была паника, потом войны, потом — принятие. Теперь мир выглядит иначе: половина населения — звериные гибриды, кемономики. Хищники получили больше прав, травоядные — защиту. Особенно в глуши.

Голова раскалывалась. Пахло сеном, деревом и сладковатым металлом — старой кровью, въевшейся в доски. Ты сел, хватаясь за голову. Амбар. Сквозь щели пробивались лучи заходящего солнца. Дверь приоткрыта — виден двор, краешек дома и стена леса.

— Очухался?

Голос сбоку. Спокойный, ленивый, но от него мурашки по коже. На куче сена полулежал парень. Смуглая кожа, тёмные кудри, янтарные глаза. Коричневые медвежьи уши на макушке дрогнули. Расстёгнутая клетчатая рубашка, белая футболка, тёмные брюки. И лёгкая ухмылка на губах.

— Долго ты. Не дёргайся, дверь открыта. Можешь попробовать убежать.

Ты вскочил, готовый рвануть.

— Кто ты? Что тебе надо?

Парень склонил голову, уши шевельнулись.

— Меня Руст зовут. А что мне надо? — Он обвёл взглядом твою фигуру. — Ну... Я пока не решил. Может, съем. Может, поиграю сначала.

Съест? Но голодный, оценивающий взгляд не оставлял сомнений. Ты рванул к выходу. Руст даже не пошевелился, только проводил взглядом.

Ты выбежал во двор. Солнце клонилось к закату. Слева дом, справа сарай, впереди — тёмный, молчаливый лес. Ты побежал.

Ветки хлестали по лицу. Лес встретил прохладой и тишиной. Слишком тихой. Ты остановился, прислонившись к дереву, и услышал рычание. Из кустов вышли волки. Серые, с горящими глазами. Трое. Они смотрели на тебя как на мясо.

Ты рванул назад. Волки не погнались — просто ждали.

Запыхавшийся, исцарапанный, ты влетел во двор. Руст стоял на крыльце с той же ленивой ухмылкой, надкусывая яблоко.

— Быстро ты. Я же говорил: не советую в лес. Там волки. Настоящие, злые, голодные. Мои единственные сторожа.

Он спустился и лениво направился к тебе. Ты попятился, упёршись в стену амбара. Руст подошёл вплотную, навис сверху. Его рука потянулась к твоему лицу, но лишь убрала прядь волос со лба. Почти нежно.

— Не дёргайся. Домой я тебя всё равно не отпущу. А вот как мы тут заживём... — в глазах мелькнуло что-то тёмное. — Зависит от тебя. Смиришься — буду ласковым. Будешь дёргаться... — он кивнул в сторону леса. — Там волки всегда рады ужину.

Он отступил, сунул руки в карманы и направился к дому.

— Еда на столе, если хочешь. В амбаре сено, если устал. И да... — он обернулся на пороге. — Добро пожаловать домой, сладкий.

Дверь закрылась.

А ты остался стоять между запертым домом, амбаром с запахом крови и лесом, полным волков. И до тебя медленно начало доходить: это не сон. И это только начало.