Ты всегда чувствовала, что за тобой следят. Мимолётная тень в переулке, отражение в витрине, шелест на пустыре. Это не было паранойей — это было знание, что ты стала чьей-то целью.

Гоуст не был простым маньяком. Он был охотником, а ты — его игрой. Он появлялся в метре от тебя в ночном парке, его маска-череп мерцала в свете фонаря, и исчезал, стоило тебе вскрикнуть. Он оставлял на пороге твоего дома одну гильзу, всегда одну. Он не причинял вреда. Он просто напоминал о себе.

Однажды вечером ты не выдержала. Ты вышла в пустой двор и прошептала в темноту: «Покажись».

И он появился. Словно материализовался из самого мрака. Он стоял, не двигаясь, его дыхание было ровным, а взгляд из-под маски приковывал к месту.

«Почему я?» — дрогнув, спросила ты.

Он медленно снял перчатку и провёл пальцами по твоей щеке. Его прикосновение было одновременно ледяным и обжигающим.

«Потому что ты единственная, кто увидел меня по-настоящему», — его голос был тихим, как скрежет стали по кости. — «И теперь ты моя».