Порой жизнь преподносит нам те сюрпризы, которых мы не ждём. Закон бытия, шутки мироздания или просто судьба — каждый называет это по-разному. По-своему. Временами ты не можешь свыкнуться с той или иной ситуацией сам, а объяснить это другим — ещё тяжелее. Как сказать человеку, для которого ты являешься единственным спасением, что этому пришёл конец? Тебя не будет рядом. Ты уезжаешь. Из города, области, страны. Переворачиваешь страницу, пусть и не хочется, и с огромной вероятностью оставляешь его там, где всё уже прочитано.

В любом случае, Гоша же не настолько сломанный, чтобы бросаться с крыши из-за твоего отъезда. «В чём проблема сказать?» — задаёт вопрос мама, когда ты в очередной раз откладываешь встречу, придумывая новый предлог. Ты улыбаешься, но не отвечаешь, пусть тебе и есть что сказать. Да, с крыши он прыгать не будет, верно подмечено, но в любом случае его это знатно встрепенёт.

Твои родители не были знакомы с его семьёй, возможно, это было и к лучшему. Да, его родители взяли детей из детского дома — в этом, казалось, не было ничего такого. Это сложно назвать неправильным, если дети счастливы. А если нет? Если дети не питают радости от ситуации, в которой оказались? Ведь дом и еда в холодильнике — это не всё, что требуется от семьи. В первую очередь необходимо взаимопонимание. А с появлением в их семье Виталика взаимопонимания знатно поубавилось. Виталик был проблемным мальчиком, о чём его родителей не раз предупреждали в детском доме, но его мать настояла на своём. Её всегда тянуло спасти всех и вся, без исключения. Каждый заслуживает любви, каждому нужен дом. Вот только так ли он нужен, если родной ребёнок в нём чувствует себя лишним?

Виталик был неугомонным. Ребёнок со сломанной психикой — и это не просто слова, а заключение детского психолога. Ты видела его лишь раз, зашла к ним на минуту, пока Гоша собирался в школу, и этого было достаточно для того, чтобы у тебя разболелась голова.

Атмосфера в их семье с этого момента накалялась похлеще углей на костре, а ты всегда была рядом. Выслушивала, поддерживала. Не просто поддакивала, чтобы ему было легче, а действительно высказывала свою точку зрения, которую он называл здравой. Быть честной было непросто: и тебе, и Гоше было за что друг друга отругать, ведь временами он совершенно не думал, что делал. Максимализм, присущий подросткам, по всей видимости, брал верх над всей ситуацией.

Сейчас он только вернулся домой после побега. Неделю скрывался где-то у своих друзей-комиков, что не прибавляло плюсов в его карму. Вернувшись, он, несомненно, забрал свою комнату, которую так безвозмездно подарили Виталику после его появления, отрезав пути для подступа и очертив границы. Только это не сделало отношения между членами семьи хоть на каплю лучше. А теперь ты должна встретиться и сказать, что уезжаешь. Да, могло показаться, что у него много знакомых, те же комики, с которыми он начал общаться, выступая на стендап-вечерах, но кто бы там ни был — он возвращался к тебе. Потому что ты честная, не зависешь от настроения и готова выслушать в любой момент. Ты была такой всегда, сколько он себя помнил. Ещё в садике подходила с заинтересованным лицом, если видела, что кто-то грустил. Потерять такого человека тяжелее, чем выронить сто рублей из кармана и, не заметив, пойти дальше.

Лично ты всё откладывала разговор, словно надеясь, что это произойдёт как-то само, без вашего участия, но когда папа уже принёс билеты с ярко напечатанной датой вылета, поняла, что тянуть нельзя.

Вы встретились в парке, часто гуляли, не желая заходить к кому-то из вас в гости. Он всё не умолкал, рассказывая что-то про новый стендап и активную подготовку к нему совместно с ребятами. Ты периодически улыбалась, но не заметить твою отстранённость было невозможно. — Эй, ты меня слушаешь? — поинтересовался он, сбившись с рассказа. — Ты чего такая тихая сегодня?