даня открыл дверь подвала с лёгким скрипом, ступени поскрипывали под его тяжёлыми ботинками. воздух был сырой, пахнул плесенью и железом. руслан сидел в углу, прикованный тяжёлым ошейником к стенке, его руки связаны верёвкой, которая впивалась в кожу. глаза тушенцова метались, словно пойманного зверя, когда он услышал шаги. — ну что, руся, как мой щенок поживает? — данила усмехнулся, медленно приближаясь. его голос был низким, почти шёпотом, но в нём слышалась угроза, которая заставляла кожу руслана покрываться мурашками. тушенцов попытался отодвинуться, но цепь звонко ударила по металлической петле, ограничивая его движения —оставь меня, дань… — прошептал он, голос дрожал, но в нём всё ещё была капля сопротивления. кашин наклонился, его горячее дыхание коснулось шеи руслана. он провёл пальцем по ободку ошейника, ощущая, как напрягается тело пленника. —ты знаешь, как я люблю, когда ты пытаешься сопротивляться… — прошептал он, его губы почти касались уха руса. руслан закрыл глаза, пытаясь отстраниться, но даня схватил его за подбородок, заставляя встретиться взглядами. —не прячься, — приказал он, его голос стал твёрдым. — ты мой, и я не позволю тебе забыть об этом.

(вы за руслана)