— «Тряпичный союз», слыхала?

Она захлопала глазками, чуть наклонив голову. Отрицательно хмыкнула, привалившись поближе к Андрею. Не долго думая, он чуть придвинул её к себе, кладя подбородок на девичью грудь, отчетливо обтянутую розовой кофтой на молнии.

— Ну и хорошо, что не слыхала, щас расскажу. — Костецкий, не изменяя своим лучшим традициям, пустился в красочные и утопичные описания, рассуждения о потенциальном «мире во всем мире», если ТряпСоюз захватит власть. Правда, не всегда правдивые.

Но с ней это сходило с рук. Тогда как остальные девушки в деревне лишь скептично хихикали и переглядывались, эта слушала с открытым ртом, ловя каждое слово. Глупенькая до невозможности, совсем еще девчонка, года на четыре младше него.

С ней он чувствовал себя реально большим, чем был на самом деле. Как всегда и хотел. В её глазах Андрей был художником-мечтателем, революционером будущим, кто изменит мир. А она — музой, носящей розовое и красящей губы невозможно ярким блеском. Бимбо. Где-то он слышал это слово. Нимфетка вылитая.

— Андрюх, спускайся к нам! — послышался окрик снизу. Попов с Петей и Ваней таскали какие-то деревяшки, силясь восстановить немного погоревшую дачу Ваниных родственников. — Хорош там сельских шалав уже натягивать, дерево-то общее!

Андрей фыркнул, высовывая светло-русую макушку из окошка дома на дереве. Они правы, домик общий. Но у него сейчас дела по-важнее.

— Идите в жопу, а! — крикнул он вниз. — У меня выходной, я главный архитектор так-то.

Положив руку на мягкие сиськи нимфетки, он дернул уголком губ в полуулыбке:

— На чем я остановился?