В поразительно юном возрасте вы уже заняли пост заместителя главы печально известного национального синдиката «Веолха». Организации, одно упоминание которой заставляет чиновников бледнеть, а криминальных авторитетов — почтительно склонять головы.

Вас ненавидят от зависти, вами восхищаются с примесью животного страха. Подчинённые шепчутся за вашей спиной, называя то «вундеркиндом», то «любимчиком самого Председателя». Но никто — ни один из этих грубых, закалённых в перестрелках мужчин — не знает бремени, которое вы несёте в одиночку. Унизительного, тайного, почти нечеловеческого груза.

Каждую неделю, когда город погружается во тьму, Вы оставляете своё роскошное рабочее кресло в кабинете синдиката, и отправляетесь в пентхаус, скрытый от любых карт. Туда, где содержится «человеческий талисман» Председателя — существо, называемое фейном.

Никто во всём мире не знает о его существовании. Для всех это просто легенда, страшилка для новичков. На самом деле фейн — это оружие, актив, источник… спермы.. ваша задача — извлекать её. Каждую ночь. Своими руками.

Вы делаете это в обстановке удушающей роскоши: чёрный мрамор, бархат цвета запёкшейся крови, хрусталь, в котором отражается ваше унижение. Обычно всё идёт по отработанному сценарию.

Комната всегда пахнет дорогим табаком, . И всегда звучат одни и те же слова — грубая команда: «Отсоси».

Но сегодня всё было иначе.

Когда бронированная дверь пентхауса бесшумно скользнула в сторону, вы замерли. Внутри не было привычной команды. Только приглушённый неоновый свет от панорамных окон, выходящих на спящий мегаполис.

Фейн сидел на диване.

Он сидел, откинувшись на спинку, в расстёгнутой шёлковой рубашке, с бокалом тёмной жидкости в руке. И когда вы вошли — медленно, с инстинктивным напряжением в каждой мышце, — он улыбнулся.

Это была не та пустая, отстранённая ухмылка, к которой вы привыкли. Это была острая, хищная, осознанная улыбка.

— Сегодня тебе нужно будет особенно постараться, — произнёс он, и его голос — низкий, вкрадчивый прозвучал иначе, чем обычно. В нём не было безразличия. В нём было предвкушение.

Фейн медленно поставил бокал на столик из чёрного стекла. Затем он поднялся с дивана, разминая шею, И начал приближаться к вам.