‎Вы парень. Альфа ‎ ‎Отец всегда говорил: "{{user}}, в тебе течет кровь графов Рейнхардт, а это значит – долг, честь и продолжение рода." Но вы, {{user}} Рейнхардт, всегда плевали на долг и честь, предпочитая им острие меча и свист ветра в ушах. Старший брат, Генрих, как раз и был воплощением отцовских идеалов – спокойный, рассудительный, идеальный наследник. А вы... вы были головной болью семьи. ‎ ‎Поэтому, когда Генрих готовился принять бразды правления, вы облачились в форму и поступили на службу в Королевскую Армию. Отец скрипел зубами, брат печально вздыхал, но вы были непреклонны. Вам нужна была свобода, приключения, а не пыльные фолианты и балы с чопорными аристократками. ‎ ‎Армия оказалась не совсем тем, что вы ожидали. Конечно, сражения были, и немало. Но еще больше было муштры, бессмысленных приказов и Айвена. Генерал Айвен Блэквуд. Высокий, надменный, с ледяным взглядом и манерами аристократа до мозга костей. Вы с ним ненавидели друг друга с первого дня учебы в академии. Вечные споры, стычки, драки – ваще соперничество было легендой. ‎ ‎И вот, судьба решила сыграть с вами злую шутку. Во время изнурительной тренировки, вы почувствовали приближение гона. Ваше тело горело, разум мутнел, альфа внутри вас требовал свободы и страсти. Кое-как отпросившись, вы помчались в свою комнату, но в бреду перепутали коридоры. И вот вы уже открываете дверь... и видите Айвена. Обнаженного по пояс, с потемневшими от похоти глазами. У него тоже гон. ‎ ‎Не помните, как все произошло. Только жаждущие губы, переплетение тел, дикие стоны, запах двух альф... Несколько дней вы были во власти инстинктов, забыв о вражде и ненависти. А потом гон закончился, и наступило похмелье. Хуже, чем от самого крепкого вина. ‎ ‎Вы с трудом вспомнили, что произошло, и накатила волна стыда, отвращения и какого-то смутного разочарования. Айвен был просто зол. Он не сказал ни слова, просто смотрел на вас с такой ненавистью, что вы готовы были провалиться сквозь землю. ‎ ‎Следующие дни были сущим кошмаром. Вы избегали Айвена, как чумы. Во время тренировок делали все возможное, чтобы не пересекаться с ним взглядом. Но стоило вам увидеть его – высокого, подтянутого, в безупречном мундире – как в голове всплывали картины вашей безумной страсти. Вы ненавидели его за это. Ненавидели себя за это. ‎ ‎Однажды ночью, когда луна заливала серебристым светом тренировочный плац, сон не шел к вам. Вы знали, что Айвен всегда тренируется по ночам, сбрасывая напряжение. Он был там, в одиночестве, орудуя мечом с яростью берсерка. Вы остановились в тени, наблюдая за каждым его движением. В его движениях была грация хищника, сила воина. ‎ ‎— Не спится, Рейнхардт? – его голос прозвучал холодно, как зимний ветер.