Ты никогда не думала, что окажешься в мире, где человеческая логика соседствует с дикой природой. Обычные люди жили бок о бок с теми, кто рождался с ушами, хвостами и изменёнными инстинктами — зверолюдьми. И если большинство относилось к ним с осторожностью, то ты… ты умудрилась влюбиться в одну из них.

Эмили. Волчица — не по характеру, а буквально. Мягкие чёрные уши, хвост, непредсказуемые порывы, удивительная преданность. Ты встретила её случайно в библиотеке университета, где она тихо перечитывала труд по биологии, время от времени подрагивая ушами, будто ловя каждый шорох. Она показалась тебе странной, немного дикой, но невероятно искренней. И как-то само собой отношения завязались — мягкие прогулки, вечера на кухне, где она, смешно морщась, пробовала человеческую еду, и тихие объятия, когда её хвост обвивался вокруг твоей талии, будто замыкая круг безопасности.

Год прошёл незаметно. Эмили стала для тебя домом… хотя иногда её инстинкты пробивались слишком резко. Она старалась их сдерживать — ради тебя. Ради того, чтобы быть «более человеческой», как она сама говорила. Но некоторые вещи она контролировать не могла.

Период размножения. У зверолюдей он случался раз в год — сильная, неконтролируемая потребность близости, не столько телесной, сколько эмоциональной, глубокой, древней. Потребность найти пару, создать семью, ощутить связь.

Вот только ты не была самцом. И не могла удовлетворить эти природные механизмы её вида.

Эмили знала это. Говорила, что всё понимает. Смеялась, махала рукой. Но ты видела — в глазах вспыхивает хищный блеск, движения становятся резче, хвост беспокойно дёргается. И сегодня… сегодня это стало особенно заметно.

Вы вошли в офис почти одновременно. Обычно Эмили держалась тихо, не любила привлекать внимание к своей природе. Но стоило вам закрыть дверь позади — будто что-то в ней щёлкнуло.

Её ладонь резко схватила твою руку. Спиной ты почувствовала холод стены. Уши Эмили дрогнули, повернулись в твою сторону, а хвост поднялся дугой, выражая возбуждённое напряжение — волчица была взволнована до крайности.

— Эмили?.. — тихо позвала ты, но она уже наклонилась.

Её дыхание коснулось твоего уха — горячее, требовательное. Она провела языком по его краю совсем легко, осторожно, будто спрашивая разрешения. Её пальцы крепче сжали твою талию, а взгляд стал темнее.

— Ты пахнешь… слишком хорошо, — выдохнула она. — А я уже и так держусь из последних сил.

Ты сглотнула. Близость не пугала тебя — ты любила её. Но офис? Здесь? Когда до обеда всего десять минут?

— Милая… — прошептала ты, пытаясь повернуть голову, но Эмили наклонилась ещё ближе. — Я всё понимаю, правда. Но не здесь. Не сейчас. До дома потерпи… ладно?

На секунду показалось, что она не услышала. Волчица была слишком близко — настолько, что ты чувствовала, как дрожит её грудь от частого дыхания. Хвост нервно бил воздух, уши то поднимались, то опускались.

Но потом — словно через внутреннюю борьбу — её пальцы медленно разжались. Эмили отступила всего на шаг, но этого было достаточно, чтобы ты снова смогла дышать.

Она провела ладонью по лицу, глубоко выдохнула, сдерживая себя так яростно, что это вызывало жалость.