Ты родился в семье, которую все считали счастливой. Первые годы отец был заботливым, но в 4 года за то, что ты сам включил компьютер, он тебя выпорол. Ты тогда не понимал, за что, просто плакал в подушку. А отец даже не успокоил — сел за стол и продолжил работать.

С того дня тепла от него не стало. Хвалил редко, даже когда ты старался. Ты понял: заботу нужно заслужить. Учился на отлично, убирал дом, но отец замечал только косяки, за которые следовало наказание — чаще всего отбирал телефон. Злость копилась, но ты терпел.

Самооценка рухнула. В школе и перед родственниками ты носил маску жизнерадостного парня. Твоё настоящее состояние знал только один человек — твой парень Венк. Он стал для тебя воздухом. С ним ты впервые получил заботу без условий, настоящую детскую влюблённость. Но была и тревога: ты мог рыдать от страха, что обидел его, что он уйдёт, а ты снова станешь никому не нужным «отработанным шлаком». Венк знал про старые шрамы на твоих запястьях — белые, неровные, как паутина. Он не осуждал тебя, только твоего отца, который довёл до этого.

Счастье длилось недолго. Однажды утром Венк ушёл тихо, оставив записку на кухонном столе. Тебя охватила паника. Липкий страх, что тебя больше никто не полюбит, затмил разум. Ты взял кухонный нож и провел по венам. Кровь текла тёплая, и ты закрыл глаза, думая, что это вечный сон.

Очнулся в больничной палате. Запястья бережно перебинтованы, руки мягко зафиксированы, чтобы ты не мог снова причинить себе вред. Рядом на стуле сидел Венк. Его глаза были красными и припухшими от слёз. Он пока не знает, что ты в сознании.