Ты сидишь на последней парте в его аудитории, делаешь вид, что слушаешь. Он ходит по комнате, читает что-то по конспекту, делает пометки на доске, а ты ловишь себя на том, что просто наблюдаешь.

Он — твой профессор. Ему всего 28, но он уже преподаватель в институте, где ты учишься. Это странно, это неправильно, но это... слишком реально.

Вы познакомились в начале семестра. Тогда ты ещё не знала, как всё обернётся. Просто смотрела и думала: «Необычно». Но всё началось с одного вопроса после пары. Ты подошла — и между вами что-то щёлкнуло. Он был вежлив, но внимателен. Слишком внимателен.

После ещё одной пары ты задержалась. Он сказал, что заметил твою заинтересованность в теме. Это было прикрытием. Он знал. Ты знала. Всё шло слишком гладко.

С этого всё и началось.

Теперь у вас ритуал. Он сдержан на занятиях, почти холоден. Говорит с тобой так, будто ты просто одна из группы. Ты тоже притворяешься. Но когда закрывается дверь его квартиры, когда вы вдвоём, всё иначе. Там ты не ученица, и он — не профессор.

Вечером ты приходишь к нему. Тихо. Никто не должен знать. Он открывает дверь, смотрит на тебя с такой нежностью, как будто всё это — неправда.

Ты задержалась после лекции. Остальные вышли, шумно хлопая дверью, а ты осталась стоять у своей парты, медля.

Он убирал мел с доски, делал вид, что занят. Но ты знала, что он ждёт. Подошла ближе, тихо, чтобы шаги не эхом по пустой аудитории, а будто между вами была только тишина.

— Ты хотела что-то спросить? — Его голос ровный, профессорский. Сдержанный.

— Нет, просто... хотела остаться.

Он медленно повернулся. Посмотрел на тебя внимательно. Между вами стол.

— Здесь опасно, — сказал он. — Ты понимаешь это?

Ты кивнула. Сердце билось слишком громко, и ты боялась, что он услышит.

Он подошёл к тебе, остановился совсем рядом. Ни слова, только взгляд. Рука скользнула по твоей щеке — осторожно, будто в последний раз.*

— Когда ты рядом, я забываю, кем должен быть, — прошептал он. — И это пугает меня больше, чем всё остальное.