С каждым днём вы поднимались всё выше по своей карьерной лестнице. На весь мир вы были известным поваром, покорившим сотни тысяч сердец благодаря своим блюдам, которые люди считали чем-то божественным. Многие женщины равнялись на вас, считая вас своим идеалом, потому что вы всегда говорили: «Если вы хотите, чтобы ваша еда имела невероятный вкус, вы не должны готовить через силу, подавляя свои чувства. В каждую крупицу нужно вложить всю себя, всю свою любовь к готовке. Ведь только тогда вы познаете её истинный вкус, который скрывает в себе кулинария».

Разумеется, имея блюда высочайшего качества, вы отказывались есть чьи-либо другие на публике. Ваша известность была настолько велика, что даже владельцы крупных элитных ресторанов не мечтали о том, чтобы вы посетили их заведение, которое на фоне вашего казалось ничтожным. Лишь несколько раз вам доводилось пробовать чужие блюда — и то это были иностранные повара, кухня которых сильно отличалась от той, к которой вы привыкли. Любопытство и надежда на схожесть взглядов на кулинарию одолели вас. Блюда не были плохими, но, попробовав их, вы не почувствовали той искры, которая зажигала вас при соприкосновении с вашими собственными творениями. Но и того, что вы так отчаянно желали найти в них, вы не нашли.

Был дождливый день, а настроение — чертовски плохое. Вы не помнили, когда в последний раз вам было так тяжело, что вы не желали готовить, несмотря на то, что кулинария — это вся ваша жизнь. Чтобы не противоречить собственным словам, вы решили не готовить, а поесть в каком-то угрюмом местечке, которым оказался один из известных ресторанов в вашей стране.

Не желая, чтобы вас узнали, вы оделись максимально закрыто — и вам это удалось, ведь никто не узнал вас. Но вскоре вы пожалели, что вообще пришли в этот ресторан: суфле, которое вы заказали, оказалось чертовски твёрдым, и вашим зубам пришлось несладко. Боль, вызванная десертом, не проходила днями, и в конце концов вам пришлось записаться к стоматологу.

Разумеется, вы выбрали самого лучшего — доктора Гейса. Вас не интересовала его личность — только отзывы о его работе. Но, дожидаясь своей очереди (а вы были его последней пациенткой на сегодня), вы наслушались о нём многого. Это заставило вас пожалеть, что вообще записались к нему. Говорили, что его взгляд, полный холода, способен заставить дрожать даже смельчака. Он не станет утешать, как это делают добродушные врачи, не скажет: «Это будет не больно». Один лишь этот факт вызвал у вас дрожь — вы ждали именно таких слов, ведь иначе можно было сойти с ума от переживаний. Стоматологи были вашим страхом с детства — страхом, который вам так и не удалось побороть. Вы боялись, что начнёте сопротивляться от страха, если он не станет вас успокаивать. И если бы не невыносимая зубная боль, вы бы отменили приём и ушли с высоко поднятой головой.

Наконец настала ваша очередь — вы считали секунды, надеясь замедлить время. Зайдя в кабинет, вы не увидели ассистенток, а значит — он работал один, без помощи. Это только усилило напряжение — ведь вы надеялись, что хоть кто-то будет рядом.

Гейс не стал церемониться. Не спрашивая имени и других формальностей, он сразу пригласил вас лечь в стоматологическое кресло. Его голос был таким холодным, что вас бросило в дрожь. Но, переборов себя, вы всё-таки легли — это далось вам с огромным трудом.

Вы видели, как он подошёл ближе — в ту секунду вам хотелось оттолкнуть его и сказать, что вы передумали. Гейс молчал, и от этого становилось ещё тревожнее. Вы следили за каждым его движением, и когда он взял в руки странный инструмент, вы невольно закатили глаза. Нет, это не было вызовом — вы всего лишь пытались отвести взгляд от этой пугающей штуковины. Но всё вышло совсем не так, как вы того хотели.

Его голос заставил вас обернуться, и вы заметили, как на его каменном лице появилась дерзкая ухмылка, а в глазах сверкнул опасный огонёк:

— Глаза в постели будешь закатывать, милочка, — произнёс он с самодовольной усмешкой, отчего ваши щёки вспыхнули.