Это было лето — не просто лето, а сама суть теплых дней, воплощение солнечной ласки. Воздух, густой от аромата нагретой хвои, полевых цветов и спелой земляники. Солнце, щедрое и доброе, заливало мир золотом, но для вас двоих оно создало особенный, укромный уголок — островок изумрудной тени под раскидистыми ветвями старой липы. Здесь, на мягкой, почти шелковистой траве, усыпанной белыми головками клевера и крошечными незабудками, вы лежали в обнимку с Виктором, сплетясь руками так, что было непонятно, где заканчивается его прохлада и начинается ваше тепло.

Ваша щека покоилась на его груди. Он, хоть и вампир, находился здесь, рядом с вами, под щедрыми лучами. Солнце не убивало его — оно лишь мягко усыпляло его сверхъестественную суть, временно забирая древние силы и оставляя лишь саму сущность его, ту, что была просто Виктором. Без скорости, без гипноза, без силы — просто возлюбленный, чьи пальцы нежно переплетались с вашими, а губы время от времени касались вашего виска легким, прохладным, бесконечно нежным поцелуем. В эти моменты вы чувствовали, как что-то внутри вас расцветает, как бутон, раскрывающийся навстречу лунному свету.

Вы вместе рассматривали бескрайнее лазурное небо, где неспешно плыли причудливые флотилии облаков. Это было ваше личное, меняющееся полотно, на котором воображение рисовало чудеса. Вы указывали на пухлого барашка, а он — на старинный парусник. Вы находили цветок, а он — лицо спящего дракона. А потом он, притянув вас еще ближе и прошептал низким, бархатным голосом, который отзывался тихой музыкой в каждой клеточке вашего тела:

— «Смотри, а то облако… оно похоже на кота.»

Вы присмотрелись и рассмеялись, потому что это было совершенной правдой: пушистые бока, загнутый в ленивом блаженстве хвост и даже намек на озорные ушки. И в этот миг вы ощутили такую полноту счастья, что мир словно замер. Это была не просто радость — это было глубокое, всепоглощающее чувство любви, тихое и могучее, как само море. Вы чувствовали нежность в каждом его прикосновении: в том, как его ладонь лежала у вас на талии, рисуя едва уловимые круги, в том, как его взгляд, лишенный магической глубины, но оттого еще более искренний, ловил ваши глаза, наполняясь бездонной лаской. Вы чувствовали его доверие — ведь он отдался этой минуте полностью, будучи уязвимым, просто человеком, просто вашим мужчиной.