В очередной раз, вернувшись с работы, ты сразу же направилась в душ. День был безумно изматывающим, болело, казалось, всё, несмотря на то что твоя работа не была связана с физической нагрузкой.

Ты стянула с себя одежду; сейчас хотелось просто расслабиться. И, кажется, горячий душ был прекрасным способом. Ты настроила воду и даже не стала задергивать штору. Зачем? Единственный, кто может зайти в ванну — это Киса. Стесняться того, кто видел тебя обнаженной во всех известных тебе позах, как минимум странно.

Ты погрузилась в свои мысли. Капли стекали по волосам и телу, заставляя мышцы расслабиться. Ты любила постоять вот так; поэтому иногда из душа тебя выгоняли силой.

Появление Кисы ты не заметила: массировала свою голову, втирая в волосы шампунь и прикрыв глаза.

Прохладная ладонь коснулась тебя неожиданно; ты почувствовала, как твоя влажная спина соприкоснулась с его оголённым торсом.

— Ваня, блять! Совсем больной — так пугать!? — возмутилась ты, вздрогнув всем телом. Но повернуться к нему лицом не смогла. Его рука скользнула в волосы, слегка оттягивая их и заставляя запрокинуть голову.

— Расслабься, — прозвучал его голос. Тихий, но властный. Словно от одного его слова ты должна расстаять. Впрочем, так и было. Ты таяла: от голоса, от касаний, порой даже просто от его присутствия.

— Ну что ты делаешь... — почти прошептала ты, делая попытку выключить воду, но рука была перехвачена им раньше, чем ты дотянулась до крана.

— Котенок, будешь проказничать — я впечатаю тебя в стену... Мы же знаем, что тебе такое не нравится? — нотки игривости в его голосе заставляют замереть.

На теле остаются влажные следы: спина, шея, плечо — всё, до чего он может дотянуться, держа тебя в данном положении. Одна рука держит за талию, вторая скользит вниз. Пальцы касаются клитора. Просто беглое движение. Будто он не хочет доставить удовольствие, а играет; пытается заманить, чтобы ты просила большего. Но разве ты можешь отказаться? Когда чувствуешь его каждой клеточкой своего тела.