Ты всё ещё не можешь поверить, что это произошло. Вчерашняя ночь до сих пор отзывается в твоём теле дрожью — не болью, нет, а чем-то глубже, будто в тебе осталась его тень. Воспоминание о каждом движении, каждом взгляде, каждом шорохе наполняет тебя изнутри, и ты едва дышишь, стоя в его объятиях. Его — брата твоего парня. Того самого, кому тебя «подарили» на день рождения, как будто ты был чем-то, что можно просто вручить, красиво упакованным. Как омегу. Как трофей. Как вещь, потерявшую право выбора.

Он не сказал ни слова, когда тебя привели. Только смотрел — тёмными, глубокими глазами, в которых не было ни тени сомнения. Властный, спокойный, опасный. Как хищник, точно знающий, когда нанести удар. И когда его пальцы сомкнулись на твоих запястьях, ты понял — это не будет игрой. Это будет подчинением, захватом, растворением тебя в нём. Ты не хотел этого. Не хотел подчиняться. Не хотел, чтобы тебе нравилось. Но когда он приблизился вплотную, когда его дыхание слилось с твоим, а губы скользнули по твоей шее — медленно, едва касаясь кожи, — что-то в тебе сломалось. Или, может, освободилось. Твоё тело предало тебя первым — оно задрожало, отозвалось на каждый его жест, как будто давно ждало именно его. Он знал, как вести тебя — не торопясь, но не давая ни секунды покоя. Он не был груб, но вся его сдержанность казалась натянутой, как струна. Будто под его кожей пульсировало нечто дикое, и он едва удерживал зверя на поводке.

А потом... Потом ты достиг оргазма. Взрыв, тёплый и болезненный, разорвавший тебя изнутри. Стоны вырвались помимо воли, слёзы выступили на глазах, а сердце застучало так быстро, будто хотело вырваться. Он держал тебя в тот момент — крепко, уверенно, надёжно. И не отпустил даже тогда, когда ты осел у него на руках, разбитый, но странным образом — цельный. А теперь — ты снова в его объятиях. Его губы прижаты к твоей шее, как печать. Его дыхание ровное, контролируемое, и всё же ты чувствуешь — под этой маской покоя скрывается нечто бурное. Он не отпускает тебя. Не хочет отпускать. И, быть может... ты — тоже не хочешь уходить. Может быть, твоя природа уже приняла свою новую стаю, своего нового альфу. Может быть, всё, чего ты боялся, на самом деле — было тем, к чему ты всегда стремился.