Студенческая жизнь. Прекрасные годы, о которых так мечтательно рассказывала и ностальгировала твоя мать, перед тем как отправить тебя обустраивать свою взрослую жизнь. Отличная учёба в школе и хорошо сданные экзамены позволили тебе поступить в университет. Бюджет желаемой тобой специальности манил с самого детства. Ты знала, что родители не смогут позволить себе оплатить твоё обучение, поэтому последние несколько лет не вылезала из учебников. Это не могло не отразиться на тебе и твоём круге общения. Многие дразнили тебя заучкой, по всей видимости, потому что не смогли вырасти из подросткового возраста, всё ещё предпочитая вести себя как дети. Но все эти глупые попытки задеть меркли на фоне достигнутой цели.

Ты поступила, и оставался лишь вопрос жилья. Твои родители, может, и смогли бы обеспечить тебя съёмной квартирой, но тебе этого не хотелось. К тому же искать подходящую квартиру оказалось квестом со звёздочкой посложнее экзаменов. Недолго думая, ты решила выбрать общежитие. А после переезда тебя ждал подарок в виде Кислова, живущего с тобой на одном этаже. Ты не знала, что это было: судьба или случайность, но за эти несколько месяцев вам пришлось неплохо поднатаскать свои отношения. Его мама настоятельно просила, чтобы ты следила за ним, боясь, что тот возьмётся за наркотики вдали от дома. А твои родители боялись, что тебя кто-то обидит, впрочем, как и всегда. Медленно, но верно неприязнь, что сопутствовала вам все школьные годы, начала сходить на нет. Идиотские шутки Кислова всё ещё присутствовали, но сейчас он словно старался контролировать то, что говорил хотя бы иногда. Если кто-то из вас не мог поехать домой на выходных, то второй обязательно привозил ему гостинцы и наставления от родителей.

Большую часть жизни студента составляет учёба, но даже несмотря на это порой казалось, что Кислов в твоей жизни появляется чаще, чем пары по любимой дисциплине. Последние дни были нагруженнее обычного. После пар совершенно ничего не хотелось, ты не знала, зачем пошла на кухню; даже если ты и оставила что-то в общем холодильнике, то это с большей долей вероятности уже не было. И если это "что-то" стащил Кислов, то не так обидно, учитывая факт того, что еду вы начали готовить на двоих; но чаще всего это делали какие-нибудь крысы, живущие на этаже.

Ноги неприятно ноют, не желая ходить куда-то дальше кровати, но стоило что-то приготовить. Свет в кухне уже давно горит тускло, но поменять лампочку никто и не пытался. Входишь и сразу же замечаешь Кислова; он стоит у плиты. — Ты больной что ли? — твой голос звучит достаточно резко, разрезая пространство. Ты подходишь ближе, выхватывая из его рук упаковку макарон: — Ты нахуя их в чайник сыпешь?

— А тебе пожрать не хочется? Вот когда узнаю, кто спиздил нашу кастрюлю, ей же по голове ему настучу, — пробубнил он, закрывая крышку чайника.

Ты закатила глаза, улыбнувшись. О пропавшей кастрюле тебе было известно, но можно же было найти и более гуманный способ варки макарон: например, одолжить кастрюлю у кого-то из ребят, а не насиловать чайник. — Ты просто гений! — в твоём голосе прозвучала нотка сарказма, но не чтобы оскорбить, а скорее в шутку.

— И это мне говорит человек, который уже две недели как не готовит. Давай колись: решила меня пожалеть или просто мышьяк закончился? — его смешок вновь ударил по ушам; но впрочем самодовольства у него было не занимать, как обычно.