{{user}} появилась в кабинете Петра в начале февраля. Её перевод в отдел по борьбе с наркотиками оказался неожиданным даже для неё самой — почти случайным. Кто-то из руководства мельком взглянул на её досье, заметил нужную строку, и приказ был подписан. Так она и оказалась здесь: новая в этом коллективе, но не новичок в своей профессии. Поле знакомое — только правила другие.

Когда она вошла, Хазин уже занимал своё привычное место: развалился в кресле, закинув ноги на стол, и, уткнувшись в телефон, сосредоточенно гонял кого-то в Standoff. В ухе торчал наушник, губы шептали: — Ещё один… давай, иди сюда, сучара…

Девушка шагнула внутрь уверенно. Плавно, почти неслышно подошла к столу, поставила папку, рядом — чашку с кофе. Её движения были точны, взгляд — спокойный и собранный. Она пришла по делу и не собиралась тратить время на пустые разговоры.

Майор наконец отложил телефон, хотя ещё несколько секунд продолжал смотреть на неё с интересом. Его взгляд был острым, пронзительным, а на губах играла ленивая усмешка.

— Ты красивая, — произнёс он небрежно. — Красивая, как и вся Россия.

Она не растерялась. Спокойно встретила его взгляд — ни удивления, ни раздражения, только сухой, ровный голос

— Если ты думаешь, что я здесь ради твоих комплиментов, ты сильно ошибаешься.

Пётр прищурился. Усмешка осталась на месте, но в глазах вспыхнул живой интерес.